May 12th, 2015

О, ещё один повар ударился в политику



Я хорошо помню список запрещенной совками музыки. Помимо Пинк Флойда и Кисс в узбекский вариант списка входили еще и узбекские певцы - те, кто при достаточно высокой популярности не удосужился доехать до нужного кабинета в Ташкенте.
А еще были списки запрещенных фильмов и книг.

В принципе, разумная работа в этом направлении, наверное, необходима. Не должны распространятся произведения человеконенавистнического, деструктивного характера.
Но цензура еды - это что-то новое, такого еще не было. Пусть санкции действуют уже не первый месяц, но фраза, выскочившая из под пера журналиста ознаменовала приход нового времени, поздравляю.


Вообще ему надо заняться вокалом. Будет дуэтом петь с Макаревичем. Надо бы вот ещё какое-нибудь злободневно-кулинарное название придумать для их ансамбля. "Люля и Цимес", например. Как думаете, подойдёт?

Кавказская пленница



Как водится, информационные ветры принесли из Чечни очередную мутную историю. Сперва солидное, уважаемое издание под названием "Новая газета" устами своего корреспондента с безупречной репутацией Елены Милашиной сообщило о том, что поживший 47-летний начальник местной милиции собрался насильно брать в жёны юную 17-летнюю деву, причём, что характерно, брать второй женой. Затем не менее солидное и респектабельное агентство под названием "Лайфньюс" написало, что на самом деле всё чики-пуки, у молодых совет да любовь и никакой старшей жены на горизонте не просматривается. Ну и, конечно, в этих наших интернетах тут же пошло рубилово световыми мечами, причём больше всего от воинов добра и света досталось Павлу Астахову, который не захотел разбираться в этом деле. Ну всеобщая любовь к Астахову общеизвестна и во многом заслужена, однако же основная проблема вовсе не в этом, потому что если бы Луиза Гойлабиева была годом старше, то Астахов тут был бы вообще не при делах, а суть дела - а именно предположительное принуждение к званию младшей жены - не изменилась бы ни на йоту.

И вот тут возникает самый интересный момент, который воины света с обоих сторон предпочитают обходить стороной. Вот представьте себе, что Елена Милашина впервые в жизни сказала правду и что у товарища Саа у такого жениха уже есть законная супруга. Так вот, знаете ли вы, что по нашим справедливым законам многожёнство не наказывается никак? Нет, в старом советском УК такая статья была и по ней можно было даже присесть на нары, пусть и не на очень долго. А в новом, гуманизированном УК такой статьи уже нет. Более того, многожёнство не просто декриминализировано, оно сейчас не является административным правонарушением. То-есть, к примеру, проезд на красный свет является, а многожёнство нет. Единственное последствие сего действа - недействительность второго и последующих браков. И, как вы понимаете, если подобные браки заключаются обманом, то жертва обмана ни на какую сатисфакцию рассчитывать не сможет - ну разве что на алименты, но их так и так присуждают независимо от семейного статуса отца. А писалась и принималась вся эта радость в середине девяностых и начале нулевых (УК вступил в силу с 1997 года, а КоАП - с 2002), и писалась, между прочим, либеральными и демократическими юристами, у которых на их анналах было начертано одно-единственное слово "гуманизация". Один такой соавтор, будучи вопрошаем своими студентами "а как же права жертв и их родственников?", в ответ многозначительно воздевал кверху указательный палец правой руки и гордо возглашал "Мы - европейская страна и должны следовать европейскому пути!" (история реальная, знаю из первых рук).

И вот взять бы и спросить всех этих гуманистов: вы, ребята, чем думали, когда эти нормы прописывали? А если думали. то кто же лоббировал? Хотя ответ в данном случае очевиден, если вспомнить все дальнейшие попытки полной легализации полигамии.

Вот так вот.

АдЪ и Израиль. Ливан. Баальбек. Часть 3.



Начало тут.

Вот уж не знаю, как так получилось, что именно храм Бахуса во враждебном мусульманском окружении сохранился лучше всего; это выглядит несколько нелогично. Обскурант, сочтя колонны на фронтоне, обнаружил двенадцать стоящих и одну упавшую, то-есть всего тринадцать, что привело его в неописуемый восторг. Потом он, правда, нашёл ещё одну поверженную колонну и опечалился в сердце своём.



Collapse )